ПРЕССА » МОТО - №1 2011
 
        ПО ЗАКОНУ ПАРНОСТИ
 
Автор: Иван  Ксенофонтов
Фото: автора
Источник: 
журнал «Мото»

Скачать/смотреть скан журнала:  Скачать скан журнала
 
Давно заметил - в природе существует закон парности (ЗП). В общем виде он звучит так: стоит произойти какому-то редкому явлению, как вскоре оно повторяется. Применительно к путешествиям ЗП означает, что если окажешься в труднодоступном месте и будешь уверен, что это в первый и последний раз, то скоро там побываешь снова. По крайней мере, у меня так и вышло..

 
2009 году мне посчастливилось вместе с рыбинским предпринимателем и снегоходным фанатом Аркадием Поповым проехать более 4000 км на его самодельных аппаратах. Приключения, завершившиеся в солнечном (но о-о-очень холодном Салехарде) были описаны в «Мото» № 4-2010. Казалось, приехали, порадовались, отъелись и - забыли. Но мир тесен и непредсказуем. Летом прошлого года хозяин «Русской механики» (фактически единственный производитель снегоходов в России), он же мэр Рыбинска, Юрий Ласточкин побывал в замечательной точке нашего маршрута. Называется она Столбы выветривания, входит в число семи чудес России и расположена в очень труднодоступном месте(впрочем,трудно даже прочитать его название - плато Маньпупунёр). Юрий Васильевич попал туда на вертолете, и случайно узнал, что здесь были люди из его родного Рыбинска. Но думаю, больше всего его озадачило то, что доехали в эти хрен-знает-где-расположенные-места не на снегоходах его предприятия (которому без малого 40 лет), а на каких-то самоделках.
- А мы, что - хуже? - решил руководитель, и дал команду выделить в новое путешествие новейшие машины «Русской механики», взятые прямо с конвейера. Это хороший повод провести испытания, ведь новые 550-кубо-вые моторы только пошли в серию, а 250-кубовый «Тикси» вообще «вот-вот из пеленок».

В команду пригласили нас с Аркадием, а от завода отправились инженер-конструктор Александр Трухин и опытный испытатель Роман Захаркин. Машин - по числу людей, и все разные. Командорская (Аркадия) машина - самый матерый «проходимец» - «Тайга-Патруль 550 Супер ВайдТрак» с 600-миллиметровой гусеницей (шире в мире не бывает). У «Патруля» и «морда лица» совершенно новая - пышущая силой и агрессией. С тем же новым дизайном - «Тайга 550БЕ», но с более узким траком. «Тайга-Атака 550 Люкс» отличалась рычажной подвеской лыж (как оказалось, не лучший вариант для езды по глубокому снегу). Все эта троица - с усовершенствованными моторами увеличенной кубатуры и мощности (55 л.с). Четвертый снегоход, на который сразу «положил глаз» автор этих строк - «Тикси 250», легкий и маневренный. И, как выяснилось позже - еще и с очень удобной мотоциклетной посадкой, а не с коленками на уровне ушей, да и стоя ехать удобно.

 

Старт прошел с помпой: перед инженерным корпусом собрались десятки рабочих и ИТР, играл военный духовой оркестр. Напутствовали гендиректор Валерий Караваев и Юрий Ласточкин:
- Думаю, что это по-хорошему авантюрный поход.... Солнечных дней вам, поменьше воды под гусеницами и хороших ночевок.
Насчет воды и ночевок - пожелание в точку: это основные минусы зимних путешествий, охлаждающие пыл самых матерых экстремальщиков. Избежать воды помогла необычно холодная зима и то, что стартовали на две недели раньше прошлогоднего пробега. С ночевками тоже помог предыдущий опыт - мы уже знали, где гостиницы цивильные, где - таежные, в виде охотничьих изб. Как и в прошлом году, большая часть пути проходила по технологическим дорогам вдоль газопровода. Но один раз служба охраны проявила бдительность, и нам пришлось съехать на лед Сухоны. Хорошо хоть, не расстреляли!

Река встретила не особо радушно - снег оказался пропитан водой. Один раз застряли, пришлось отцеплять сани и использовать длинный фал. В довершение «удовольствий» поднялась пурга, сведя видимость до нуля. При первой возможности выехали на берег.
За три дня, проехав 655 км, оказались в Великом Устюге. Этот старинный город мы включили
в маршрут неслучайно - там проводился экстрим-фестиваль «У Деда Мороза» в рамках четвертого этапа Кубка России по снего-ходному кроссу. Демонстрация снегоходов от «Русской механики» - один из пунктов программы. Не буду описывать феерическое и динамичное зрелище, на которое, наверное, собрался весь провинциальный город - это надо видеть! Ну, хотя бы на фото.

На Северной Двине, видимо, из-за перегрузки сломалась ось в подвеске гусеницы «Патруля». Вспомнилось, что за завтраком в придорожном кафе астролог из телевизора пообещал проблемы с техникой. Конечно, это суеверие, но...
Такую деталь в запас не брали, а для устранения нужна сварка. Пока же обошлись временной мерой: сняли амортизатор, а сломанную ось зафиксировали двумя еловыми брусками, стянутыми винтовыми хомутами. Основательно отремонтировать аппарат
удалось на следующей день в поселке Урдома, где мы остановились в гостинице. Валерий Узбеков, начальник участка, дал добро на использование газпромовской мастерской, за что ему спасибо!

 
 

Хотя из закона парности следует, что на одни и те же грабли принято наступать дважды (частный случай ЗП), мы сразу исключили в маршруте участок по реке Вишере, где в предыдущем году сидели неделю, как мухи на липучке. Вместо этого завернули южнее и проехали по лесовозным зимникам до Сыктывкара. У столицы Республики Коми разменяли вторую тысячу километров от Рыбинска.

Участок по реке Вычегде тоже оказался несладким, но, к счастью, коротким.В райцентре Усть-Куломе на АЗС заправили горючим все, что можно: впереди сложный переход через тайгу к поселку Якша в предгорьях Уральского хребта. Следующий день, 13 марта, отдав дань суевериям, решили отсидеться в гостинице «Таежная» - благо она оказалась на уровне если не пяти, то четырех звезд точно.

Чем ближе к Уральскому хребту, тем меньше цивилизации и больше трудностей на пути. Серьезным испытанием стал таежный участок от Усть-Нема до Як-ши. По пути встретили местного охотника. Его «Бурашка» пробежал с 1990 года 75 ООО км, причем мотор он поменял лишь год назад. Узнали две новости: плохую и хорошую. Хорошая - трасса бывшей узкоколейки расчищена
 на 50 км (вывозят лес), а плохая -дальше вряд ли проехать: этой зимой необычайно глубокий снег. И действительно, снежная целина оказалась выше, чем по пояс, и даже «Патруль» еле-еле шел с полной нагрузкой. Началась борьба за каждый километр...
Применили тактику «утаптыва-ния» - сначала пустыми снегоходами прокатывали путь, а потом ехали с санями. Так, от избы к избе (расположение которых осталось в GPS с прошлого пробега) шли эти 120 км три дня. В конце нашли следы «Буранов», но радоваться рано: «Буран» уже «Тайги», а след часто проходил впритирку между деревьями. Там наши снегоходы, да еще с широкими санями, проехать никак не могли. Пошла в ход бензопила, веревки. Встретилось несколько крутых подъемов, в которые сани втаскивали, сцепив по два снегохода. На обширном болоте след совсем перемело, и поиск пути тоже отнял много времени.

В поселке Якша, крайней юго-восточной точке Республики Коми у подножья Уральских гор, пришлось долго оформлять пропуска в Печоро-Илычский заповедник. В прошлом году руководство было в шоке, узнав, что мы хотим перевалить через горы по старому Сибиряковскому тракту, единственному в этих краях пути через Уральский хребет. До этого на снегоходах здесь никто не ездил, и нас тогда пустили без вопросов, не веря, что это возможно. Теперь же захотели оплаты («спонсорский вклад в развитие заповедника» -20000 руб., пять зарплат инспектора кордона) и перевод денег с завода занял пару дней.

Пока же мы обслуживали технику и запасали бензин, ведь «автономка» предстояла от 7 до 10 дней и до 400 км. На четыре машины требовалось около тонны бензина. Столько не свезти, да и тары нет. Помог Александр, водитель из Якшинской «пожарки». На его «ГАЗели» забросили бензин до последней деревни (Ере-меево), куда был чищен зимник. В Еремеево перелили бензин в уже опустевшие баки, и еще привязали на сани пять 50-литровых канистр, которые оставил Александр. Повезло и в том, что в поселке оказался инспектор заповедника Андрей Богданов, знакомый по прошлому пробегу. Андрей как раз выходил из отпуска, и наши пути совпали - не пришлось искать проводника.

На восток ведет старый Сибиряковский тракт. Его название напоминает об Иркутском купце Александре Михайловиче Сибиря-кове, который в поисках дешевы> путей доставки товаров из Сибир/ на европейский Север прорубил через горы несколько просек. По ним зимой доставляли грузы на лошадях - в середине XIX века Транссибирской железной дороги еще не было. Илыч-Сосвинская грунтовая проезжая дорога, шириной до 6 саженей была самая короткая через Урал - всего 120 верст. Начиналась дорога у берега Илыча, где на месте нынешнего кордона стояло село Усть-Ляга. Далее дорога шла кратчайшим путем на юго-востоко-восток, огибая крутые склоны, пересекала Урал и выходила на берег реки Северная Сосьва - притока Оби.
Нас такая дорога вполне устраивала, хотя трудностей хватало, и первая - глубокий снег. Здесь он местами был по грудь, и просто удивительно как головной снегоход «Тайга-Патруль» пробивал дорогу, имея на сцепке сани с полутонной груза!

 
 

От кордона Усть-Ляга Сибиряковский тракт шел вверх и переваливал через хребет. Этот перевал, наверное, один из самых пологих - гор практически не видно из-за подступающих близко деревьев, да и сам подъем некрутой. Отсюда летом организован пеший маршрут к Столбам выветривания на плато Маньпупунёр, одному из семи чудес России. Зимой же путь непроторен, но нам предстояло выполнить наказ - добраться до каменных исполинов...
 

Выбор повара в походе не менее важен, чем детальная проработка маршрута. Ведь на голодный желудок русский человек ничего делать не хочет, а на сытый - не может.

Базовый лагерь устроили в избе заповедника на живописном изгибе реки Егро-Ляги. Все бы хорошо, только избушка рассчитана на двоих, остальным пришлось спать на полу. Три дня потратили на подготовку и разведку подъема. Погода совершенно не благоприятствовала восхождению. Хотя, казалось бы, рукой подать -по навигатору менее 20 км, но дороги не было. Искали более пологий путь среди деревьев. Препятствия - глубокий снег, упавшие стволы, а также ямы, которые выдул ветер вокруг деревьев. И сильнейшая пурга, так что в пяти метрах ничего не видно, пока мимолетный порыв ветра не раздувал пелену. Ехали с минимальной скоростью, буквально упершись друг в друга. На самом плато ветер еще усилился, и спрятаться от него было невозможно -ни деревьев, ни камней. Лишь за одним из Столбов нашли более-менее спокойное место и ровную площадку. Поставили палатку, привязав ее к снегоходам, в ней и провели самую экстремальную за весь поход ночь.
 

К утру метель выдохлась, но успела замести все следы. Навигатор бессилен, когда надо было найти занесенный след с точностью до полуметра или решить, с какой стороны объезжать дерево. Приходилось спешиваться и «на ощупь» искать под снегом вчерашний след. Один неверный шаг - и разведчик проваливался по пояс. Наконец спустились -дорога, как и подъем, отняла практически весь световой день.
По перевалу проходит граница Республики Коми и Ханты-Мансийской АО, что в Тюменской области. От избы до него совсем близко, но путь неразличим, и мы петляли вверх по Бобровому ручью между деревьев. Понятно, что движение
с гружеными санями возможно только по «утоптанному» следу. К нашему разочарованию, с восточной стороны хотя и начался спуск, но снегоходы с санями тоже не шли с первой попытки. Неожиданным препятствием для тех, кто торил путь, стали... лосиные следы. Дело в том, что после прогулки сохатого по просеке, след уплотняется относительно окружавшего снега, и траектория движения снегохода, попавшего на такой участок, становится непредсказуемой. Впрочем,нет -заканчивалась она чаще всего встречей с деревом... На одном участке под снегом по колее вездехода тек ручей, и один из снегоходов попался в эту ловушку. В общем, спускались сутки, и добравшись до драги в устье Арбыньи, несказанно обрадовались. Виктор Печников, знакомый по прошлогоднему путешествию, расположил нас в отапливаемом балке на четверых - о лучшем «отеле» и не мечтали.

 
 

Ура! Начались долгожданные и идеально чищенные зимники, которые привели нас к селу Няк-символь. Сейчас можно сказать, что оно знаменито своим земляком - мэром Москвы Сергеем Со-бяниным. Поселок (название в переводе с мансийского звучит не очень пафосно - «Грязный плёс» или «Гнилое болото») был основан в 20-х годах прошлого века как оседлое поселение оленеводов. Сегодня в селе оленей нет, людей осталось чуть более 600 человек, занимаются охотой, рыбалкой, в сезон собирают грибы и ягоды. Между домами проложены дощатые тротуары, названия улиц незатейливы: Центральная, Лесная, Садовая, Болотная, Таежная, причем только одна Советская выложена плитами. Летом сюда попасть можно на лодке по Северной Сосьве, либо вертолетом - два раза в неделю. Билеты надо заказывать заранее, на рейсе - четыре места. Оживляется поселок лишь зимой, когда открываются зимники и завозят ГСМ и продукты. Снегоходам здесь респект - в селе на каждые 10 человек (включая стариков и детей) приходится один «Буран», других моделей здесь не видели. На снегоходах зимой возят практически всё - воду, дрова, сено, продукты. Да и просто в магазин или в гости пешком ходить не принято.
Однако стоило нам подзадержаться (из-за обслуживания техники), как хорошее впечатление
о жителях было подпорчено: наш ореол героев потускнел и к нам стали относиться, как к дойным коровам. По ночам пропадали вещи, привязанные к саням. Апофеозом стал вынос банок с маслом прямо из коридора здания администрации, где нас принимали. С отчаяния на ночь нагородили пирамиду из прицепов - а то вдруг и их уволокут? Надо скорее бежать из этого «Гнилого болота»...

Дальше на север все больше и больше зимних дорог, ехать по ним - одно удовольствие. Тут мы отклонились от кратчайшего пути в Салехард с тем,чтобы посетить своеобразную тусовку снегоходчиков в Саранпауле.

Поселок оказался не мал - население более двух с половиной тысяч человек, на улицах оживленное движение, причем треть ездящего транспорта - снегоходы. Своеобразный фестиваль сноуэкстемальщиков уже несколько лет проводит Усик Маркосян. Этого обаятельного армянина, осевшего здесь после окончания горного института, знает, наверное, весь Приполярный Урал. У самого несколько снегоходов, и к нему тянутся другие фанаты. Местом сбора стал полузаброшенный рудник Неройка высоко в горах, где Уральский хребет предстал во всей красе. Любопытно, что здесь тоже проходил в позапрошлом веке еще один, самый северный тракт Сибирякова.

 
 


Человек двадцать приехали на снегоходах к Неройке из Югорска, вел их Виктор Заволыпин. Путь неблизкий - около 700 км, правда, шла и техничка. В Югорск прилетели из разных городов:
Москвы, Нижнего Тагила, Ижевска, Чайковского и даже Днепропетровска (Украина). Объединила людей давняя дружба - они работали на Приполярном Урале в геологических партиях и в Газпроме. Но, разлетевшись по стране, все они оставили в сердце частичку Севера. И раз в год вырываются сюда на снегоходах, и не только: в группе засветился мотопараплан и даже четырехместный вертолет. Отечественных снегоходов не было, и на наши смотрели, как на заморский деликатес.
Разместились в отапливаемых вагончиках и домиках рудника, однако погода не пускала - шел мокрый снег, видимости - ноль. За два последующих дня коллектив разделился: на сложную часть пошел Аркадий на «Патруле», поскольку его гусеница ставила машину вровень с подготовленными снегоходами других производителей. Остальные поехали в горы на видовую съемку окрестностей рудника. Основная группа экстремалов прошла по долинам рек и через перевал -около 50 км. Переночевав, достигли подножья горы Манарага (это еще почти 50 км). Лишь на четвертый день все спустились в Саранпауль и стали разъезжаться.

 

До столицы Ямало-Ненецкого АО по зимникам оставалось около тысячи километров, но весна сюда в середине апреля еще не пришла. От райцентра Березово до Салехарда зимник походил на скоростную магистраль, по нему шли колонны машин, как грузовых, так и легковых. Попадались гусеничные, «трэколы» (так здесь называют машины на боль-
ших колесах сверхнизкого давления) и, конечно, снегоходы. Пойма Оби, вдоль которой проложен зимник, становилась все шире, и вот показался город Салехард, символом которого стал гигантский мамонт. Путешествие окончено, пробег головной машины превысил 4000 км, а время в пути - 38 дней.
Кстати, упомянутый закон парности предполагает второй поход на машинах «Русской механики». По крайней мере, теперь есть уверенность - не подведут!


 
Маршрут:
Рыбинск - Кукобой - Великий Устюг - Урлома -Сыктывкар - Усть-Кулом - Усть-Нем - Якша -Комсомольск-на-Печоре - кордон Усть-Илыч - плато Маньпупунёр - Устье Арбыньи - Няксимволь -Хулимсунт - Приполярный - Саранпауль - Сосьва -Игрим - Берёзово - Азовы - Салехард.


Пробег:  4134 км (головная машина).
Время в пути:  38 дней, из них ходовых 23.
Расходы:
Около 450 ООО руб. (с возвращением на поезде).
Бензин:
А-92 около 5 т.

 
Проживание:
В палатке, придорожных балках и охотничьих домиках бесплатное, общежития и гостиницы от 200 до 1800 руб/чел.
Снегоходы:
Все - 2010 модельного года, производства «Русской механики» (Рыбинск).